М. с. роговой — сциентизм периодизации историко-психологической мысли

Реферат На тему: М. С. Роговой : сциентизм периодизации историко-психологической мысли. В одном из разделов «Вступления в психологии» (1969) М. С.Роговин изложил структуру современной психологии, охарактеризовав сначала психологию начала XX века, а дальше психологию середины 60-х годов. Рассмотрены проблемы схематизации в психологии, взаимоотношения в ней отраслей исследования, раскрыто сферы познания, которые определяют основное направление психологической теории. Роговой различает 'внешнюю «и» внутреннюю " стороны развития психологии. Первую составляют факты истории науки, вторую — изменения в содержании психологических понятий и динамика факторов, обусловливающих эти изменения. Сравнивая указанные изменения от начала века до середины 60-х годов, автор отмечает рост доли прикладной психологии, вопросам организации психологических исследований, применение математических методов. Учение о высшей нервной деятельности, уверяет он, вошло в психологию крепким слоем. Возросла роль социальных проблем как предмета психологических исследований. Исходя из своих принципиальных основ Роговой выделяет по истории психологии к научной, неотделимую от практической деятельности и общения людей. Следующим большим периодом является развитие философской психологии, наконец — научной (современной) психологии. Только во второй половине XIX в. психология видбруньковуеться от философии и становится экспериментальной наукой.
Седат Игдеджи

Изменение в социальном смысле психологии — вот главный стимул ее развития в XX веке. Психология стала, в частности, генетической наукой. Показывая новый статус психологии именно как научной дисциплины, Роговой, как и многие другие исследователи истории психологии, традиционно несколько разрывает историческую связь между мифологической, философской и научной психологией. С первого взгляда его периодизация вроде имеет определенный смысл, но делать такие метафизические срезы недостаточно корректно. Мифологическая психология, утверждает Роговой, входит, несколько изменяясь, в психологию философскую, а философская — в научную. На самом деле, это не просто основы периодизации в истории психологии, а различные аспекты видения, которые можно найти на всех ее уровнях, в своеобразном переплетении и акцентуации. Есть определенная историко-психологическая фантазия, авторы которой считают научность психологии высшей исторической качеством, а философию и мифологию — чем умственно ниже. Вместе с тем попытки элементарно решать философские вопросы психологии приводят именно к мифологии в ее простом понимании. Разве не попытки устанавливать локализацию психического в определенных участках мозга достаточно мифологическими? Разве не является структуризация психических феноменов в так называемой научной психологии очень похожей на структуризацию философскую? Говорить о высших и низших уровнях толкования, ставить в частности мифологию как антинаучную — не означает ли это ставить саму науку психологию как антинаучную? Мифологическое видение природы, психики, по мнению А. А. Потебни, распадается на художественное и научное, а между мифологией и этими способами воспроизведения психических феноменов уверенно помещается философия. Поэтому все это, в конце концов, моменты единого целостного познания. Попытки толковать научное видение психики как познание высшего сорта заранее обречены на неудачу именно потому, что ранняя синкретическая практика, мифология, философия, наука не стоят одна за другой как вагоны на железнодорожной колеи. Они действительны моментами познания и оплодотворяют друг друга. Ведь воспринимая художественный произведение, мы из-за его своеобразную поэтическую образность переносимся на все уровни воспроизведения действительности, опираясь на первоначальный синкретизм, мифологию, философию и науку, как и, в свою очередь , выбирая философское видение, мы опираемся на мифологию, науку и художественное видение мира. Все формы познания переплетены между собой, и именно поэтому, выбирая какой-то один аспект познания, мы подключаем все остальные и только так чувствуем полноту познавательных достижений — благодаря взаимному оплодотворению позиций. Изоляция на почве науки в познании психики приводит к сциентизма, изоляция на почве философии — в упадочнической метафизики, изоляция мифологии — до чародейской взгляда. На самом деле подсознательное побеждает эвристическая взаимодействие различных форм познания, и любое игнорирование любых форм миросозерцания есть по крайней мере непонятным. Игнорирование серьезной философии ведет к использованию философии слишком дешевой; игнорирование поэтического, мифологического инсайта, в котором мир предстает всесторонне и полностью взаимосвязанным во всех своих компонентах, приводит к научному схематизма. Осознание этих противоречий разве не вдохновляет человека отыскивать всесторонние связи различных форм живого существования психического? Философия существует, несмотря на существование науки, и в то же время — благодаря ей. Мифология существует, вдохновляясь существованием философии. Посмотрите на древнегреческий философию, как она таинственно перемешана с мифологией. А разве современная философия принципиально отличается от старинной? Или не показывает именно иллюстрированная история психологии роль и значение, в частности, мифологического, художественного, философского и научного познания психики в «их взаимодействия»? К сожалению, подавляющее большинство историй психологии вовсе не иллюстрирована, если не считать кое наличие портретов мыслителей. Литература.

  1. Абаньяно Н. Введение в экзистенциализм. Санкт-Петербург, 1998.
  2. Абаньяно Н. Мудрость философии и проблемы нашей жизни. Санкт-Петербург, 1998.
  3. Вебер М. Избранное. Образ общества. Москва, 1994.
  4. Вгтдепъбанд В. О Сократ // Лики культуры: Альманах. Москва, 1995. Т.1.
  5. Гуссерль Э. Картезианские размышления. Москва, 1998.
  6. Гуссерль Э. Философия как строгая наука. Новочеркасск, 1994.
  7. Зиммель Г. Истина и личность // Лики культуры: Альманах. Москва, 1995. Т. 1.
  8. Ортега-и-Гассет X. дегуманизацией искусства. Москва. 1990
  9. Ортега-и-Гассет X. Избранные труды. Москва. 1997.
  10. Риккерт Г. Введение в трансцендентальную философию. Киев, 1904.
  11. Риккерт Г. Философия истории. Санкт-Петербург, 1908
  12. Риккерт Г. О системе ценностей // Логос. 1914. Вып.1. Т.1.
  13. Самосознание европейской культуры XX века: Мыслители и писатели Запада о месте культуры в современном обществе. Москва, 1991.